Союз журналистов России

Сайт газеты Молва

Сайт газеты Молва

Сайт газеты Молва

Сайт газеты Молва



Эпитафии

Иван РОМАНОВ

Его голос узнавали повсюду: в магазине, на базаре, в троллейбусе. Резковатый звучный баритон и характерное врожденное грассирование не спрячешь и не подделаешь. Банальная прогулка по городу превращалась в шоу. Люди с вниманием ловили каждое его слово и просили помочь в решении личных проблем.


Как он стал Иваном Романовым

Его голос узнавали повсюду: в магазине, на базаре, в троллейбусе. Резковатый звучный баритон и характерное врожденное грассирование не спрячешь и не подделаешь. Банальная прогулка по городу превращалась в шоу. Люди с вниманием ловили каждое его слово и просили помочь в решении личных проблем.


Почему радиослушатели доверяли ему и ждали его появления в эфире, он сам объяснил в своих дневниках. Одна из первых записей посвящена «разбору полетов» со старшими коллегами по профессии:

«Тамара Ивановна Красюк настоятельно мне советовала: «Кто вы такой, чтобы употреблять местоимение «я» в эфире? Пользуйтесь грамматическими формами, в которых нет вашего «я». Вас слушают несколько сот тысяч человек; что такое ваше «я» по сравнению с «их» опытом?

С точки зрения «мэтра, работающего по культуре», она права была. Полгода я обходился оборотами типа «мне довелось увидеть», «приходится отметить», «кажется, что» и тому подобными. Но как только я начал перед микрофоном говорить: «я думаю», «по моему мнению», «я сам видел, как», только после этого я и стал «Иваном Романовым».


Дело не в стилистике авторской речи радиожурналиста, а в степени его ответственности за каждое произнесенное слово».


Начинал он в мутные 90-е корреспондентом промышленного отдела областного радио. То, что тогда происходило в экономике страны, не дай Бог пережить снова. Ломались судьбы, агонизировали предприятия, отчаянно пыталась удержаться на краю пропасти огромная страна. Благодаря искренности, заинтересованности, эмоциональному напору, которые оказывали психологически благотворное воздействие на измученные души жителей области, резонанс его передач был велик. День без голоса Ивана Романова для поклонников был прожит зря.

Одна из первых его командировок состоялась в 1993 году и была посвящена «проблемам текстиля»:

«Собинка. Бывшая фабрика «Комавангард». Побеседовал с директором, иду в прядильный цех. Там две трети станков простаивает. Подхожу к прядильщице, включаю «аппарат», задаю ей дурацкий вопрос: «Как живете, как работаете?» Она мне: «Взять бы эту шпулю и Ельцину по голове …нуть!» «Спасибо!» - только успел сказал я и тут же удалился с мыслью: «Ой, как все непросто!».


Периодически членов его семьи хватали за рукав крупные и не очень функционеры: «Скажите ему, что так нельзя! Почему это передачи у него начинаются с грубого окрика «Эй, начальник!!!». Объяснения, что это музыкальная цитата из песни Юрия Шевчука, взятая в качестве заставки к передаче, не принимались. Для номенклатуры это было личное оскорбление, нанесенное Иваном Романовым.


Еще один эпизод творческой биографии. Когда ВТЗ преобразовывался в АО «ВТЗ», первое собрание акционеров, которых тогда было тысяч 15, в основном работяги, проходило на стадионе «Торпедо». Шло оно 5 или 6 часов. Естественно, что большинство рядовых участников не раз сбегало в близлежащие магазины и было навеселе:

«Устав записывать официоз, я пошел с магнитофоном по трибунам. Задавал вопрос, за кого будете голосовать – за старого директора Гришина или за «нового русского» Бакалейника. Отвечали охотно, смело… Но в конце концов осмелели до того, что один подвыпивший акционер настолько рьяно пытался дать мне интервью, что с криком «Журналист, ты куда, я хочу сказать, не уходи!» ухватился за микрофонный кабель и вырвал его с корнем из микрофонной головки.

На этом моя работа на собрании акционеров ВТЗ закончилась и началась работа по ремонту магнитофона».


Овладение приемами профессии всегда оставалось одним из его приоритетов. И здесь мелочей не было. Из командировки на «Гороховецкий судостроительный завод» он привозил записи птичьих трелей, потому что цеха были уже мертвы. С этой звуковой иллюстрации и начинал в эфире корреспонденцию о состоянии дел на предприятии. «В радиожурналистике важно не ЧТО, а КАК!» – любил повторять он.


Как истый информационник терпеть не мог обозревателей: на первом месте всегда должен находиться «его величество факт», а «пропагандистские трактовки», «песни акынов» - прерогатива «колонок редакторов».


На подаренном отделу информационных программ радио портрете любимого им писателя Довлатова, сфотографированного в студии радио «Свобода», разглядел, что дикторский стол, за которым тот сидит, обтянут мягкой тканью. Восхищался этой «деталью» и утверждал, что нормальные люди, гости студии, во время прямого эфира должны нормально «стучать ручками, очками о поверхность стола, шлепать по нему папками с документами», а не сидеть зажатыми истуканами!


Возмущался закупленными для студии стульями на металлическом каркасе из кожзаменителя, отзывающимися в прямом эфире посторонними звуками на любое движение журналиста или его собеседника.


И наконец, верхом непрофессионализма стало для него интервью газете «Телесемь», взятое у него... афроамериканским, как сейчас принято говорить, сотрудником нашей региональной редакции. Темнокожий юноша едва говорил и так же плохо понимал по-русски, а выданный ему диктофон не хотел включаться!


В такой ситуации не выручила даже профессиональная аппаратура, любезно предоставленная его визави. В вышедшем через неделю интервью не было ни одного не перевранного слова, а фамилия «земляка» афроамериканца - великого джазмена Кинга Оливера - трансформировалась в КИМ ОЛИВА!


Непрофессионализм мешал ему и в тот период, когда он работал начальником PR-службы ОАО «Владимирэнерго». Создание журналистского пула для региональной сетевой компании, отбор и привлечение к сотрудничеству мало-мальски грамотных и ориентирующихся в энергетической тематике журналистов стали одной из главных его забот. Тем не менее часами ему приходилось заниматься на ГТРК «Владимир» просмотром отснятого материала, переписыванием подводок к видеосюжетам, а иногда и пересъемкой. Не помогали ни пресс-релизы, ни пресс-туры, ни пресс-конференции, где всегда можно получить любую информацию из первых уст.

В одной из своих дневниковых записей, размышляя о роли прессы, он писал: «Радиожурналист – проводник, а не сама энергия жизни». Но все дело в том, что в нем как раз очень удачно соединились именно два этих, на первый взгляд, взаимоисключающих начала. И хотя в процитированной фразе возникает незапланированная автором смысловая перекличка с последним местом его работы, все-таки нельзя не отметить, что он был и проводником, и мощной энергией жизни. Именно так он стал Иваном Романовым.

Ольга РОМАНОВА.